За неделю до операции мы еще раз сходили к педиатру на осмотр. Очень хорошо поговорили с доктором. Мне стало гораздо спокойнее. Все мы делаем правильно.
Педиатр рассказывала о своей дочке, которая никогда не болела, но в 12 лет ей пришлось вырезать гланды. Говорит, что как врач она долго была против этой операции. Пыталась ее лечить. Но после операции она жалела, что не сделала это раньше- такое облегчение для ребенка! Дала нам схему приема гомеопатии (опять-таки) до и после операции. Благословила в общем.
Мы все уже порядком были уставшие. Руслана больше всех. Она все хуже спала и чувствовала себя. Очень раздраженная была и легко уставала. В день операции Руслане нельзя было ничего кушать. Я ей за день об этом сказала. Первая рекция была слезы и возмущение. К вечеру уже рассказывала Вове, что завтра кушать она не будет, пока доктор не разрешит.
В госпиталь мы приехали утром. Искали детское отделение (госпиталь большой, все здания соединяются переходами, просто лабиринты корридоров). Удивились, когда на наш ворос "где?" в информации нас спросили фамилию, посмотрели списки и сказали куда идти. В предоперационной еще раз-куча вопросов. Я боялась, что могут отменить операцию из-за воспаления. Доктор нас об этом предупредил. При нас мальчику отменили операцию. Для родителей, да и для ребенка это было тяжело.
Но доктор осмотрел- все в порядке. Русланка рисовала и игралась, мы ждали. Поговорили еще с анестезиологом. Опять ждем. Руслана- ну когда же нас позовут? Позвали вовремя. Я пошла с ней в операционную. Еще пару вопросов. Ей надели маску и заговорили... Так и уснула у меня на руках, переложили ее а стол затем. Последнее, что я сказал- как она сильно храпит. Потом мы ждали в другой специальной комнате. Переодически называли чье-то имя, выходил доктор, рассказывал как прошла операция, успокаивали родных. Ждали деток целыми семьями. У всех было такое выражение лица! Трудно было ждать. Через 2.5 часа вышел наш доктор. Все в порядке. Операция прошла хорошо. Гланды и аденоиды были огромными. Ей будет очень больно- изнутри и снаружи. Ее понаблюдают ночь, если все в порядке нас отпустят домой на следующий день.
Вывезли ее еще спящую. Нас двоих пустили в послеоперационную. Когда она начала просыпаться мы были рядом. Все прошло гораздо спокойнее чем я представляла. Ужас в ее глазх был, и боль, но она довольно мужественно все переносила, очень стоически. Первые ее слова были- о нет, я все еще храплю, но я больше не хочу спать. Мама, а теперь я смогу шарики надувать? Через час нас перевели в детское отделение. У Русланки все еще капельница была подключена, дренаж, датчики всякие. Еще раз приходил доктор перед тем как уйти домой. Руслана рисовала, читали с ней книжку, даже покушать попросила. Долгожданный замороженый фруктовый сок. Вова уехал домой. Нас перевели в отдельную палату, типа изолировали. Оказывается у нее проверили кровь, обнаружили ОРВИ. Так даже было спокойнее. Т.к. ночью мы часто просыпались, меняли капельницу, давали антибиотик, под утро перестало действовать обезбаливающее, ей трудно было спать, очень долго убеждали ее принять лекарство. В палате было кресло, которое расскладывалось, там я и спала. Вообще палаты очень хорошо оборудованы, удобно для всех. Душ, туалет, телевизор, все постельные принадлежности, специальная кровать (с кнопочками управления). На Русланке пробовали новую дренажную систему. Врачи инструктировали медсестр, медсестры при передаче смены инструктировали других. Все появлялись при первом же нажатии кнопочки, и были очень любезны, старались помочь чем могли.
День второй был гораздо тяжелее для нее. Кушать ей не хотелось, на мороженное, сок, желе, бульён она уже не хотела смотреть и просила покушать что-то еще. Я просила медсестер, медсестры исчезали и возвращались с чем-то, Руслана смотрела на это и говорила- я потом попробую. Почти не спала днем. Доктор осмотрел- очень доволен остался, хорошо все заживало (гомеопатия?). Сняли дренаж со шва на шейке. Выписали рецепты и отправили нас домой.